27 ноября 2015

Страсти по газомоторке: «Мы зарежем корову, которая еще не родилась»

В Казани обсудили, почему с внедрением ГМТ все вроде бы прекрасно, но дело почему-то не идет

Несмотря на масштабные программы господдержки, рынок газомоторного топлива РФ почти не развивается, констатировали вчера законодатели на профильном заседании в Казани. Инвесторы в газовые заправки ждут активного потребителя, а потребители — развитой сети заправок и недорогого автотранспорта. Как «Газпром» предлагал обязать автогигантов производить двухтопливные машины, а ему указали на недопустимость роста цен на газомоторное топливо, слушала корреспондент «БИЗНЕС Online».

ВЫГОДЫ ОТ ГАЗОМОТОРНОГО ТОПЛИВА ОЧЕВИДНЫ, НО...

Как же все-таки перевести автотранспорт на экологичный и относительно дешевый природный газ? Впрочем, точно ли дешевый? Проблему почти три часа обсуждали вчера в казанском «Корстоне» российские депутаты, татарстанские чиновники, газпромовцы и бизнесмены на выездном заседании комитета Госдумы по энергетике. Отстаивая свои позиции, народные избранники и предприниматели даже расположились за отдельными столами друг напротив друга.

Топливному рынку нужно активнее продвигать дешевый сжиженный природный газ (СПГ), заявил председатель комитета Госдумы по энергетике Павел Завальный. Перевод транспорта на СПГ в перспективе может ежегодно высвобождать до 10 млн. т нефтепродуктов. Сейчас в стране голубого топлива на газе работает всего 150 тыс. автотранспортных средств, уровень потребления — всего лишь 390 млн. кубометров в год, меж тем как мировой уровень уже достиг 37 млрд. «кубов». «Это не соответствует ни нашим возможностям, ни нашим потребностям», — уверен Завальный. Напомним, российская программа по развитию рынка газомоторного топлива (ГМТ) предусматривает его интенсивное развитие в 2016 — 2018 годах и становление к 2020-му.

«Сформирован большой задел, определены контрольные точки принятия подзаконных актов для регулирования рынка, — обрисовал ситуацию замминистра энергетики России Кирилл Молодцов. — Но достижение к 2020 году плановых показателей, чтобы газомоторное топливо составляло 10 — 20 миллиардов кубометров в год, — это задача, требующая больших инвестиций, большой слаженности между производителями, потребителями и координирующими органами. В последнее время возникли некий тремор, дискуссия о том, как же правильно реализовать эту задачу». 29 российских регионов уже утвердили госпрограммы по развитию рынка ГМТ, и 9 субъектов РФ разрабатывают аналогичные документы, отметил замдиректора департамента переработки минэнерго Максим Лобанов (напомним, одним из первых — в 2013 году — такую программу принял кабмин Республики Татарстан). Развитие российского рынка ГМТ потребует до 2020 года порядка 140 млрд. рублей инвестиций, из которых 90 млрд. — частные. Львиная доля этих денег должна пойти на закупку газомоторного автотранспорта.

ЗАМКНУТЫЙ ГАЗОМОТОРНЫЙ КРУГ

Татарстан потребляет 15 — 17 млн. кубометров газа и ежегодно закупает по 300 газомоторных автомашин, доложил вице-премьер правительства РТ Шамиль Гафаров. КАМАЗ в 2014 году запустил производственную линию газомоторных машин, а завод им. Горького намерен построить судно, работающее на ГМТ. Но это все равно слишком медленный темп, признал Гафаров. Несмотря на это, Татарстан удостоился особой похвалы высоких гостей: Завальный назвал республику лидером по применению газа, которая развивает рынок с достоинством и честью.

Почему же тормозятся масштабные и, казалось бы, логичные планы по развитию рынка ГМТ? Причина проста. Каждая из заинтересованных сторон — поставщики природного газа, производители газомоторной техники и потребители первого и второго — не спешит делать первый шаг. К строительству сетей автомобильных газовых наполнительных компрессорных станций (АГНКС) приступили «Газпром», «Роснефть» и «Новатэк», а также частные инвесторы, но их активность еще очень низка: от большинства приглянувшихся земельных участков инвесторы отказываются из-за недостаточного количества потребителей газа. Лобанов признает, что инфраструктура газовых заправок еще несколько лет не будет рентабельной: экономически обоснованной можно считать загрузку в 200 — 300 автомобилей на одну заправку, хотя сейчас средний уровень загрузки по стране не превышает 100 авто на одну АГНКС. Судя по слайдам министерства, в 2014 году при среднероссийской загрузке АГНКС в 22,8% татарстанские заправки демонстрируют печальные 9,1% (хотя Гафаров в своей речи говорил о загрузке на 20%).

«Вроде бы все прекрасно, все хорошо, но почему-то не идет», — обрисовал ситуацию гендиректор ООО «Раритэк» (продавец газомоторных «КАМАЗов») Рафаэль Батыршин. Хотя, по его словам, экономическая целесообразность перехода на газовое топливо очевидна: по подсчетам компании, стоимость километра пробега «КАМАЗа» на газе на четверть дешевле, чем на дизеле.

А МОЖЕТ, В СВОБОДНОЕ ПЛАВАНИЕ?

Участники совещания выдали ряд идей о том, как простимулировать развитие газомоторного рынка. Например, гендиректор ООО «Газпром газомоторное топливо» Михаил Лихачев высказал чиновникам несколько предложений: об упрощении предоставления земельных участков, об ограничении работы транспорта, загрязняющего окружающую среду, а также о ключевом изменении подхода к производству автотранспорта. «Справедливо, чтобы каждый из ключевых игроков — производитель газа, техники и потребитель — заработал свое, — рассуждал Лихачев. — Так вот, если газомоторная на 47 процентов дороже традиционной, никто ее покупать не будет. Я предлагаю вариант обязательного выпуска двухтопливной техники — газодизельной, газобензиновой. Но ее цена должна быть одинаковая. В принципе, можно „размазать“ эту цену по линейке продукции — для потребителя не будет разницы: могу заправляться газом, а нет такой возможности — доеду на бензине».

Лихачев аккуратно затронул и тему цены самого газового кубометра, намекнув, что и его удорожание рынку никак не повредит. По его словам, в течение 22 лет законодательно цена на газ фиксировалась на уровне в два-три раза ниже стоимости дизельного топлива, но это не дало положительных результатов. «Отличаясь столь привлекательной ценой, газ так и не приобрел популярности, — констатировал газпромовец. — Это означает только одно: ограничение цены так и не привело к увеличению спроса, однако явилось сдерживающим фактором для развития заправочной инфраструктуры. В частности, сеть газозаправочных станций России в основном была построена в 90-е годы, и на сегодня 65 процентов из них по своему техническому состоянию достигли критического возраста». Словом, нет смысла удерживать цену на ГМТ, как это делает сегодня «Газпром газомоторное топливо», хотя год назад правительство и отпустило цену на газ в свободное плавание.

«ВОПРОС ВОЗВРАТА РЕГУЛИРОВАНИЯ ЦЕНЫ МЫ ПОСТАВИМ»

Однако ему дали понять, что торопиться не надо. «Как бы у нас не получилось, что мы сейчас зарежем корову, которая еще, в общем-то, не родилась, — образно возразила газпромовцу депутат Госдумы от РТ Альфия Когогина. — Перевозчики, с которыми мы общаемся, производители газомоторной техники имеют очень четкое экономическое обоснование, и если газомоторное топливо будет стоить дороже, чем 40 процентов от „дизеля“, то экономическая выгода от применения данного топлива будет сведена почти к нулю», — встала она на защиту ценового госрегулирования.

Не смог не высказаться на эту тему и Молодцов: «С одной стороны, можно найти коэффициент условно от 28 до 46 процентов с привязкой к дизельному топливу, второе — сейчас не привязываться к коэффициентам, мониторить ситуацию, как будет реализовываться программа в регионах... И надо сказать, что позиция премьера Аркадия Валерьевича Дворковича простая: если будет доказано, что программа начнет тормозиться из-за того, что потребитель не потянет такие цены, — обращаюсь прежде всего к „Газпрому“ и операторам программы! — то вопрос возврата регулирования цены мы поставим».

Когогина полагает, что неправилен и нынешний график субсидирования владельцев сельскохозяйственной и коммунальной техники, переводящих свои машины на газ: «Эта программа „рваная“: запустили ее в 2012 году — реализовали в 2013-м, потом продлили в 2014-м — реализовали в 2015-м. И порядка 3 миллиардов мы видим на следующий год в бюджете России. Эта мера не может быть антикризисной — программу надо утвердить до 2018 — 2020 годов с ежегодным выделением денег, чтобы к этому вопросу даже не возвращаться».

Елена Иванова

Фото и видео: prav.tatar.ru